Текстовые, графические и картографические материалы этой страницы опубликованы. При их использовании просьба ссылаться на: Клоков К.Б. Оленеводство и оленеводческие народы Севера России. Часть II. Север Средней Сибири. СПб, 2001.

     Названия им даны по имени одного из преобладающих на их территории коренных народов, традиционные черты природопользования которого в наибольшей степени определили специфику современного хозяйственного комплекса [20, 22, 24, 52].
    Стремительный рост численности диких оленей сделал товарное оленеводство невозможным на большей части территории округа. Оленеводческое хозяйство сохранилось лишь по его окраинам: западной (левобережье Енисея), восточной (бассейн Попигая и прилегающие территории) и южной (бассейн Хантайского озера). Площади, занятые домашним оленеводством, резко сократились, за счет выпадения из его ареала основной территории Таймырского полуострова.
    Однако дикие олени были не единственной причиной снижения общего поголовья домашних оленей. На оленеводческое хозяйство округа оказали и продолжают оказывать действие те же факторы, что явились причиной его кризиса в других регионах страны. Обращает на себя внимание тот факт, что кризис оленеводства в пределах Таймырского округа (как и на остальной территории России), сравнительно мало сказался на ненецком крупностадном оленеводстве.

    Этнохозяйственный ареал енисейских ненцев
    Ареал занимает тундру и лесотундру в западной части Таймырского автономного округа. Это территории Усть-Енисейского и западной части Дудинского районов, которые в природном и хозяйственном отношении тяготеют к Енисею и Енисейскому заливу. Здесь проживают около трех тысяч человек из коренных малочисленных народов Севера, большую часть из которых составляют ненцы (82%) и долганы (9,5%). Ненцы преобладают во всех поселках, кроме одного - долганского поселка Левинские пески. В пределах этого этнохозяйственного ареала сосредоточена также основная часть одного из самых малочисленных народов Севера России - энцев.
    Ареал сформировался в прошлом веке, когда пришедшие с запада ненцы вытеснили из Таз-Енисейского междуречья энцев, а затем смешались с энцами и долганами на берегах Енисея.
    Несмотря на конфликты, в начале ХХ века коренные народы низовьев Енисея тесно контактировали друг с другом. В результате здесь образовались четыре территориальные группы коренного населения, в которые, кроме ненцев и энцев, попадали также отдельные семьи других народов. В.И.Васильев [7], опираясь на первичные данные Приполярной переписи 1926/27 гг., дал следующую характеристику размещения и хозяйства этих групп.
    Первая группа, состоявшая наполовину из энцев, на четверть из ненцев, а также из небольшого количества долганов и нганасанов, в летнее время занимала тундры по правому берегу Енисея и Енисейского залива от побережья Карского моря до реки Муксунихи на юге и до левого берега рек Пясина и Пура на востоке. Зимой эта группа уходила далеко на юг, в приенисейскую лесотундру за реку Дудинку. Основным занятием было оленеводство. Лишь 6 из 124 входивших в нее хозяйств не имело оленей. Большая часть оленей (20 тысяч из 25) была сосредоточена у 14 богатых семей, причем самыми богатыми оленеводами были энцы. Большое значение имела и охота на диких оленей. В среднем одна семья добывала по 10-20 оленей за год. Осенью их отстреливали, догоняя на упряжке из трех оленей, весной - скрадывали, пользуясь маскировочным щитком. Еще в конце XIX века здесь практиковались традиционные способы коллективной охоты - поколки, которые обычно устраивали на реке Агапе и ее притоках [34]. (Описание традиционных способов охоты на диких оленей можно найти в монографиях А.А.Попова [35] и Е.Е.Сыроечковского [43].
    Домашнее оленеводство практически полностью обеспечивало крупных оленеводов всем необходимым. Их хозяйство было по существу натуральным. Товарным промыслом - охотой на песца и рыболовством - занимались более бедные и совсем безоленные семьи.
    Вторая группа летом занимала левобережные енисейские тундры от берега моря до водораздела между реками Соленая, Яра и Танама на юге и водораздела между Енисейским заливом и Гыданской губой на западе. Зимние кочевья располагались в нижнем течении рек Яра и Танама, но некоторые семьи уходили и дальше на юг до Большой Хеты и низовий Таза. Все население - 94 семьи - полностью состояло из обдорских ненцев. Оленей было меньше, чем в первой группе - около 11 тысяч голов. Большое значение имели рыбные промыслы.
    Третья, центральная, группа, почти полностью состоявшая из ненцев, осваивала территорию между двумя первыми, по обеим берегам Енисея, включая Бреховский архипелаг (район летнего рыболовства), бассейны рек Яковлева и Муксуниха на правобережье, Соленой, нижнего течения Большой и Малой Хеты на левобережье Енисея. Группа включала 133 семьи, владевшие 4 тысячами оленей. Зимние пастбища располагались в бассейнах Большой и Малой Хеты. Основными занятиями были рыболовство в протоках Енисея и низовьях его притоков и промысел "ходового" песца по его берегам.
    Последняя - лесотундровая - группа состояла из энцев (50% населения) и ненцев (40%), а также селькупов и кетов. Она занимала лесотундру по обоим берегам Енисея от мыса Ситковского на севере до Плахино на юге и от Большой Хеты на западе до бассейна реки Ергалак на востоке. Хозяйство, типичное для этой ландшафтной зоны, было связано в основном с рыболовством и пушным охотничьим промыслом. Оленеводство не было развито: на 55 хозяйств этой группы приходилось всего 1140 оленей.
    Это разделение коренного населения на территориальные группы в общих чертах сохранилось и после коллективизации и последующих многократных административных преобразований. Левобережная тундровая группа вошла в состав Носковского сельского совета и колхоза (позднее совхоза) "Заря Таймыра" с центром в поселке Носок. Для зимнего выпаса оленьих стад использовались пастбища, расположенные примерно в 150 км юго-западнее поселка Носок в бассейнах р. Пелятки, верхнего течения Яры и Танамы. К лету оленей угоняли на 400-500 км севернее к берегу Енисейского залива в районе Лескино. Как отмечает В.И.Васильев [7], эти маршруты были сравнительно новыми, так как в прошлом большая часть семей, кочевавших в составе левобережной группы, так далеко на север не заходила. Незначительно изменившись, они сохранились до настоящего времени.
    Коренное население центральной группы было сосредоточено в пределах двух сельских советов - Мало-Хетского и Байкаловского (к последнему относился также поселок Мунгуй). Им соответствовали два колхоза: "Большевик" и "Новая жизнь". Стада первого из них круглый год кочевали на левобережье Енисея в бассейнах рек Большая Хета и Соленая. Оленеводы колхоза "Новая жизнь" использовали для зимнего выпаса левобережье р. Соленая, а лето проводили в тундре на правом берегу Енисея, к востоку от поселка Казанцево и в верхнем течении р. Муксуниха. При этом рыболовство оставалось ведущей хозяйственной отраслью обоих колхозов. Второе место занимал охотничий промысел (главным образом, песца и, немного, дикого северного оленя), оленеводство же было только на третьем месте.
    Особую группу, насчитывающую около 150 человек, составляли "береговые охотники", промышлявшие на островах в дельте Енисея. Передвигаясь на собачьих упряжках, они обслуживали не более чем по 130 ловушек на песца, в то время как охотники из специализированных колхозных бригад на оленях - по 250-300 [7].
    В 1968 г. колхозы "Большевик" и "Новая жизнь" были объединены в совхоз "Октябрьский" с центром в поселке Усть-Порт. В 1978 г. из него выделился совхоз "Тухард" с центром в одноименном поселке, которому были переданы все стада оленей. Пастбища новому совхозу были отведены в местах, где раньше проходили зимовки стад, т.е. в бассейнах рек Соленая, Большая и Малая Хета. Вместе со стадами остались в этом районе и пастухи.
    В итоге население центральной группы разделилось. Оленеводческая его часть сдвинулась к югу. Рыболовецкая осталась на прежних местах по Енисею. В настоящее время она рассредоточена по приенисейским поселкам от Усть-Порта до Байкаловска. Оленеводством здесь больше не занимаются. В поселке Мунгуй в 1995 году автор встретил только родственников тех оленеводов, которые ушли со стадами в тухардскую тундру.
    Правобережная тундровая группа была объединена в колхоз им. Кирова, преобразованный затем в совхоз "Северный" с центром в пос. Воронцово. Сначала стада этого хозяйства придерживались, в общих чертах, традиционных кочевок тундровых энцев. Они зимовали на левобережье Енисея в верховьях Малой Хеты, а к лету возвращались на север в бассейн р. Гольчихи. Затем в результате ряда преобразований южные лесотундровые места зимовок оленьих стад этой группы были отрезаны, а еще позднее совхоз получил новый участок пастбищ на левом берегу Енисея, напротив поселка Воронцово.
    Лесотундровая группа осталась в основном на своей территории и вошла в Потаповский сельский совет. Там было создано несколько колхозов, влившихся затем в опытно-производственное хозяйство "Потаповское".
    В 1950-е годы поголовье оленей во всех этих колхозах было значительно ниже, чем до коллективизации. В округе принимались активные меры для его восстановления. На это выделялись государственные ссуды. В 1951 г. оленеводы Таймырского округа отправили специальную группу ненцев-колхозников для закупки оленей в Ямало-Ненецком округе. За три месяца они проехали на упряжках туда и обратно более двух тысяч километров, купили и перегнали 4800 оленей для Дудинского и Усть-Авамского районов. На следующий год там же закупили оленей для своего, Усть-Енисейского района [36]. Тем не менее еще в 1961 г. в колхозных стадах всего этнохозяйственного ареала насчитывалось всего 19 тыс. оленей против 41 тыс., учтенной переписью 1926/27 гг. Особенно мало оленей - всего 2,4 тыс. - было в колхозе им. Кирова, т.е. у самой богатой оленями в прошлом правобережной группы, наполовину состоящей из энцев. Однако рост колхозных стад продолжался, и к началу 1970 гг. поголовье достигло 30 тыс. В результате в левобережной тундровой части ареала колхозное поголовье сравнялось с уровнем 1926 г., в центральной - превысило его почти в три раза, а в лесотундровой в шесть раз. Только в тундровой правобережной части оно почти не выросло (максимум в 1965 г. - 3,5 тыс.). Примерно до середины 1960-х гг. оленеводство в колхозах рассматриваемого ареала уступало по своему экономическому значению рыболовству и охоте. Затем, по объему реализации продукции, оно перешло на первое место, которое удерживало до последнего времени.
    Теперь в пределах этнохозяйственного ареала енисейских ненцев сосуществуют несколько типов природопользования, с каждым из которых связана и определенная группа коренного населения:

    1. Тундровое крупностадное оленеводство с длинными маршрутами кочевий. Семейные (бригадные) землепользования представляют собой "ленты" длиной в несколько сот километров. Образ жизни полностью кочевой (50-60 кочевых семей, около 300 человек).
    2. Полукочевое хозяйство рыбаков-оленеводов внутренней дельты Енисея. В нем заняты около 500 человек (более 100 семей), которые на лето передают своих оленей родственникам из числа кочевых оленеводов и занимаются рыболовством. Население живет на промысловых "точках", частично в домах, частично в балках и чумах, причем место проживания семьи в течение года может меняться.
    3. Лесотундровое оленеводство с короткими (круговыми) маршрутами кочевий. Землепользования семей (точнее - небольших групп, состоящих из нескольких семей) занимают компактные участки. Оленеводство сочетается с охотой и рыболовством (80 кочевых семей, более 300 человек).
    4. Рыболовно-охотничье промысловое хозяйство, связанное с рекой Енисей, его внутренней поймой и притоками. В основном в нем занято оседлое население приенисейских поселков. Небольшая часть семей живет в стороне от поселков на промысловых "точках", почти всегда в стационарном жилье. Хозяйство зависит, в первую очередь, от рыболовства, связи с ландшафтом определяются характером использования рыболовных и охотничьих угодий.
    В настоящее время этнохозяйственный ареал енисейских ненцев в Таймырском АО единственный, где состояние домашнего оленеводства относительно благополучно. В течение последних 50-ти лет здесь наблюдалась тенденция к росту поголовья оленей. Однако в последние годы этот рост прекратился и сменился снижением.
    Значительно увеличилось здесь количество личных оленей. В совхозе "Заря Таймыра" оно достигло и даже превысило 50% - черта, характерная для ненецкого тундрового оленеводства севера Западной Сибири. Показательно, что среди ненецких семей, владеющих оленями, преобладают многооленные.

    При этом положительные тенденции развития оленеводства наблюдались не на всей территории этнохозяйственного ареала, а лишь в его центральной части. На юге ареала (ОПХ "Потаповское"), где природные условия менее благоприятны для крупностадного оленеводства, а доля ненцев в численности коренного населения значительно меньше, - и общественное, и личное поголовье оленей снизилось. Оленеемкость пастбищ заполнена здесь менее чем наполовину. Хотя пастбища и страдают от выбросов Норильского комбината, запасы кормов пока не снижаются. Потери компенсируются приростом ягеля на тех площадях, где он был стравлен в прошлые годы.
    На противоположной окраине ареала, в совхозе "Северный" (пос. Воронцово) домашних оленей держали в излучине Енисея на его левом берегу, где мигрирующие "дикари" меньше мешали выпасу. Однако в 1994 году, после перехода через Енисей большой массы диких оленей, домашнее стадо здесь было утеряно.
    В целом, лучшее по сравнению с другими территориями состояние оленеводства в этом этнохозяйственном ареале можно объяснить тремя факторами:
а) этническим - ненцы уделяют развитию оленеводства больше внимания, чем другие народы Таймыра;
б) экологическим - на левобережье Енисея сравнительно немного дикого северного оленя;
в) экономическим - близость промышленных центров позволяет оленеводам продавать оленину.
    В совокупности это позволяет надеяться, что ненецкое оленеводство на левобережье Енисея преодолеет временные трудности, связанные с периодом реформ, и будет успешно развиваться и в будущем.

    Этнохозяйственный ареал долганов восточного Таймыра
    В этом этнохозяйственном ареале живут 3,8 тыс. человек коренного населения (из них 97 % долганов) в 9 сельских администрациях. Он охватывает обширную территорию в восточной части Таймырского округа. Это самый большой из рассматриваемых этнохозяйственных ареалов, который включает практически все хозяйственно-освоенные земли Хатангского района. Система природопользования в целом тяготеет к долине Хеты-Хатанги (исключая верхнюю часть бассейна Хеты) и небольших рек, впадающих в южную часть Хатангского залива (рр. Попигай, Б.Балахня и др.), т.е. - как и в нганасанском ареале - к полуоткрытым лесотундровым ландшафтам. Коренное население представлено почти исключительно долганами.
    К 1920-м годам долганы заселили всю таймырскую лесотундру. Значительная часть их поселений группировалась вдоль существовавшего тогда Хатангского тракта, пересекавшего основание Таймырского полуострова в широтном направлении. Зиму они проводили в лесотундре, немного отступая к югу от границы леса, а лето - несколько севернее этой границы. Зимой часть долганских семей жила обособленно друг от друга, а остальные образовывали цепь станков вдоль зимнего тракта от Норильска до Попигая, по которому возили на оленях грузы. В станках жили группами по 5-10 семей, причем часть станков состояла из постоянных жилищ - изб. Однако владельцам оленей приходилось несколько раз в течение зимы менять свое местоположение, чтобы обеспечить животных свежими участками пастбищ. С наступлением весны долганы собирались в кочевые группы по территориально-соседскому принципу. Каждая группа имела свою территорию. Осенью группы распадались на отдельные семьи, которые кочевали, поправляя к зиме песцовые пасти, или охотились поодиночке на дикого оленя, пока не наступало время возвращаться в станки. Хозяйство долганов, по сравнению с соседними этническими группами, имело более выраженный товарный характер.
    В 1930-х годах по рекам Попигаю, Хатанге, Хете, Аваму, Пясине и Енисею возникли долганские колхозы. К этому времени пропали различия между долганами и затундренными крестьянами, последние занимались кочевым оленеводством и охотой, говорили по-долгански и называли себя не "русскими", а "крестьянами" [10].
    До коллективизации (1926/27 гг.) у долганов было около 35 тыс. домашних оленей [14]. Основной денежный доход они получали от охотничьего (пушного) промысла. В послевоенные годы, в связи с началом хозяйственного освоения Севера и ростом численности населения, положение изменилось. Оленеводство стало приносить хозяйствам большие доходы от извоза - главным образом, при аренде оленей различными экспедициями. С начала 1960-х годов эта статья доходов уменьшилась, так как экспедиции стали использовать преимущественно механический транспорт. После этого оленеводство стало ориентироваться на товарное производство мяса.
    По материалам Е.Е.Сыроечковского [40], в колхозном оленеводстве Хатангского района использовался обычный для лесотундрового оленеводства пастбищеоборот: зима в лесотундре, лето на севере, в открытой тундре. При этом размах миграций был невелик, и стада использовали чаще всего южную полосу открытых кустарничковых тундр. Для хозяйств, расположенных на юго-западе Хатангского района, условия выпаса оленей были не особенно благоприятны из-за обилия гнуса, особенно когда лето бывало жарким. В такие годы (например - в 1958) олени болели, гибло большое количество телят. В некоторых случаях оленьи стада не перегонялись на север и оставались в лесотундре круглый год - по типу таежного оленеводства. Такой выпас был больше всего распространен у оленеводов поселка Попигай, где летом можно использовать горные тундры и редколесья. Выпас оленей в изгородях совершенно не применялся. Устраивались только жердевые корали для учета животных.
    В 1962-1964 гг. долганские колхозы в хатангской лесотундре получали от оленеводства 18-28% денежных доходов. Хозяйства имели избыточные площади оленьих пастбищ; по самым приближенным расчетам, поголовье оленей в большинстве из них можно было бы удвоить или даже утроить. С юга и севера к их недоосвоенным пастбищам во многих случаях примыкали свободные, ни за кем не закрепленные пастбищные территории, доступные только для диких оленей, численность которых тогда никто не учитывал [40].
    По данным хозяйственной отчетности середины 1960-х годов, предприятия Хатангского района имели более высокие производственные показатели по оленеводству (сохранность поголовья, деловой выход телят, производство мяса на 100 январских оленей), чем хозяйства, расположенные рядом, в нганасанском этнохозяйственном ареале. Однако по числу домашних оленей первое место в Таймырском округе занимал совхоз "Волочанский" (1966-1968 гг.). Рост поголовья домашних оленей по всему этнохозяйственному ареалу продолжался до середины 1960-х гг. Если в 1960 г. в колхозах Хатангского района было 32,6 тыс. оленей, то к 1966 г. их число выросло до 60,5 тыс. Затем рост прекратился, и около десяти лет поголовье колебалось примерно на одном уровне. Со второй половины 1970-х годов долганское оленеводство начало быстро терять поголовье.
    При этом судьба долганского оленеводства в юго-западной и северо-восточной частях района сложилась по-разному. На юго-западе в совхозах, расположенных в поселках по р. Хете (в поселках Катырык, Хета, Новая, Кресты) и в среднем течении р. Хатанги (пос. Жданиха), оленьи пастбища располагались в основном в виде узких лент, вытянутых с северо-запада на юго-восток, перпендикулярно рекам Хета и Хатанга. Основная часть пастбищ этих хозяйств находилась в пределах лесотундровой полосы. В середине 1960-х гг. здесь было сосредоточены две трети всех домашних оленей Хатангского района. С тех пор поголовье неуклонно снижалось - сначала медленно, а во второй половине 1970-х годов более быстро.
    Это сокращение было связано с появлением здесь мигрирующих диких оленей. По данным землеустройства, более чем в два раза уменьшилась здесь и оленеемкость пастбищ. С началом промысла диких оленей оленеводство здесь перестало быть основной отраслью, приносящей доходы предприятиям. За два с небольшим десятилетия оно фактически развалилось. Остатки оленьих стад совхозы додержали до экономического кризиса 1990-х годов. Затем было принято решение оленей частично забить, а оставшихся передать в личное пользование оленеводам. Историю товарного оленеводства здесь можно считать законченной, но небольшое частное оленеводство в транспортных целях как более гибкое, видимо, еще может быть восстановлено, если ему будет оказана определенная поддержка.
    В северо-восточной части ареала долганского оленеводства (совхозы "Арктический" с центром в пос. Сындаско и "Попигайский" с центром в пос. Сопочное) миграции диких оленей менее интенсивны. Снижение поголовья домашних оленей началось здесь позднее, чем на западе, и было не таким сильным. Несмотря на уменьшение оленеемкости пастбищ, стада здесь в основном сохранились, и домашнее оленеводство успешно сочетается с промыслом диких оленей.
    Совхоз "Новорыбинский", имеющий пастбища в самых низовьях реки Хатанги, находится в промежуточном положении.
    С точки зрения связей с ландшафтом в оленеводческом хозяйстве долганов сейчас можно выделить два типа:
    1. Преимущественно тундровое кочевое оленеводство в сочетании с промыслом песца и рыболовством. Маршруты кочевий относительно короткие, часто близкие к круговым, стада небольшие, весь годовой цикл природопользования осуществляется преимущественно в южной тундре и лесотундре, вблизи крупных водоемов (бассейны рек Большая и Малая Балахня, нижнего течения Попигая, а также территория от южного побережья Хатангского залива до реки Попигай).
    2. Преимущественно лесотундровое кочевое оленеводческое хозяйство с большой ролью промысла дикого северного оленя в бассейне среднего течения реки Попигай. В экономическом отношении эта территория тяготеет к Республике Саха (Якутии), с которой долганы установили коммерческие связи.
    В настоящее время долганское оленеводство на восточном Таймыре, несмотря на то, что его ареал сократился в два раза, и поголовье оленей снизилось, все же имеет некоторые перспективы. В отличие от ненцев, среди долганов преобладают малооленные оленеводческие хозяйства. Однако близкое соседство с популяцией диких оленей все равно делает развитие товарного крупностадного хозяйства невозможным. Поэтому у долганов целесообразно развитие только "малого", частного, преимущественно транспортного, оленеводства.

    Этому способствуют несколько обстоятельств. Прежде всего важно, что у местных жителей сохранилось более четырех тысяч личных оленей. Основная их часть принадлежит кочевым семьям "тундровиков". Фактически они всегда были частными оленеводами, которые не входили в состав оленеводческих бригад, а числились в совхозах на должности охотников и получали официальные доходы от сдачи пушнины. Имея небольшие стада личных оленей, они вели собственное, независимое хозяйство. Таким образом, подобно ненецким частным оленеводам, они имеют опыт ведения самостоятельного хозяйства и рыночных отношений. Необходимо лишь дать им возможность продавать полученную продукцию и покупать необходимые товары по справедливым ценам. Положительным моментом являются также сложившиеся у них контакты с оленеводами из Анабарского улуса Республики Саха (Якутия).

    Этнохозяйственный ареал хантайских эвенков
    Этот небольшой по площади ареал занимает территорию администрации поселка Хантайское озеро, где проживают 464 человека коренного населения, половину которого составляют долганы, а половину - эвенки.
    На Хантайское озеро, согласно преданиям, эвенки пришли в середине прошлого века. До этого там жили "юраки" - ненцы. Однако после военного столкновения с энцами на оз. Туручедо ненцы ушли из этих мест, и территорию заняли переселившиеся сюда с юга эвенки [45].
    До коллективизации хантайские эвенки представляли собой весьма замкнутую кочевую группу из 140 человек, которая не более двух-трех раз в год выходила к Енисею на факторию Плахино. Важнейшую роль в жизнеобеспечении играло рыболовство, а единственным товарным занятием была пушная охота пастями и черканами. Характерной особенностью группы было относительно развитое оленеводство. По материалам Дудинской землеводоустроительной экспедиции 1931 г., в среднем на одно хозяйство приходилось по 22,4 оленя. Имелись много- и малооленные семьи, но безоленных не было ни одной. Всего у 37 хозяйств в 1930 году было учтено 811 оленей [45].
    За время существования колхоза поголовье оленей выросло в несколько раз. В 1958 г. здесь насчитывалось уже 3,3 тыс. колхозных и 0,6 тыс. личных оленей. В бесснежное время практиковался выпас на огороженных участках. Оленеводы начали использовать ненецких оленегонных собак. В структуре доходов колхоза оленеводство занимало первое место (44% доходов), опережая рыболовство, звероводство и охоту. При этом 2/3 доходов от оленеводства давал извоз. Особенно выгодным было обслуживание экспедиций. Например, геодезическая партия, арендовавшая в 1959 году оленей с проводниками, платила за каждого оленя по З00 рублей в месяц. При этом каждый олень в течение лета давал колхозу в 7-9 раз больше дохода, чем стоил сам.
    Однако оленеводство служило не только источником денег. Оно, вместе с рыболовством, обеспечивало кормами звероферму и транспортом охотников за пушниной. Последние промышляли белку осенью пешком или на верховых оленях, а после выпадения глубокого снега использовали оленьи упряжки для проверки пастей [45].
    Промысел диких оленей имел очень небольшое значение. В горах Путорана встречаются как местные таежные, так и приходящие на зимовку тундровые олени. В начале 1960-х гг. хантайские охотники ежегодно добывали до 300-400 голов, главным образом, местных оленей, так как основные зимовки тундровых находились в стороне от Хантайского озера, в восточной части горного массива [40].
    В конце 1960-х годов к эвенкам на Хантайское озеро были переселены жители долганского поселка Камень, находившегося в верховьях реки Хеты. После этого в поселке Хантайское озеро эвенки и долганы составляют примерно равные доли населения. Однако оленеводством здесь по-прежнему продолжают заниматься в основном эвенки, а долганы больше внимания уделяют рыболовству. Подробно взаимоотношения долганов и эвенков в этом поселке описаны Дэвидом Андерсоном [3].
    Посетившая хантайских эвенков в 1979 г. Г.Н.Грачева [10] отметила, что у них сохранились многие характерные черты эвенкийского оленеводства. Постоянное окарауливание стада отсутствовало, оленей распускали на ночь и большую часть дня и собирали один раз в сутки. Устраивали огороды из сваленных деревьев. Использовали верховых оленей. Жили в основном в палатках и чумах, балки применяли редко.
    За последние десятилетия соотношение эвенков и долганов на Хантайском озере существенно изменилось в пользу последних (на 1.01.1981 долганов было 183, а эвенков - 208, на 1.01.1990 соответственно - 242 и 229, на 1.01.1999 - уже 232 и 224). Совершенно по-разному распределяются они и по отраслям хозяйственного комплекса. 1.01.1992 в совхозе "Хантайский" было 22 оленевода и 5 учеников. За исключением трех долганов, занимавших руководящие должности, все оленеводы были эвенками. Из 11 числившихся в штате чумработниц было 8 эвенкиек и 3 долганки. При этом в оленеводстве работали более половины всех трудившихся в совхозе эвенков-мужчин, тогда как долганы преобладали в других отраслях, прежде всего в рыболовстве, которое стало теперь основной отраслью и позволяло хорошо заработать.
    Значительные изменения в жизнь местных жителей внесло строительство Хантайской ГЭС. Появившееся водохранилище стало богатым источником малоценной (частиковой) рыбы. Последние годы вывоз такой рыбы авиацией стал нерентабельным, поэтому между совхозом и расположенным около ГЭС городом Снежногорском возникли коммерческие связи.
    Сформировавшаяся в этнохозяйственном ареале к 1990-м годам система природопользования включала:

оленеводческое хозяйство эвенков;

промысловые участки по берегам горных рек и небольших озер, предназначенные для промысла соболя и ценной рыбы, оборудованные и занятые, главным образом, новопоселенцами;

рыболовецкие промысловые точки для лова ценных сиговых рыб по берегам озера Хантайского и реки Хантайки, занятые долганами и отчасти эвенками;

рыболовецкие точки по берегам Хантайского водохранилища, ориентированные на вылов частиковых рыб для зверофермы и жителей города Снежногорска и занятые, большей частью, некоренным населением.

    Современное положение оленеводства в этнохозяйственном ареале хантайских эвенков, на первый взгляд, довольно благополучно, так как снижение поголовья здесь невелико. Однако более детальный анализ дает основания для беспокойства. Сравнивая технико-экономические показатели оленеводства в совхозе "Хантайский" (в докризисный период) с теми, что были в стадах хантайских эвенков в 1950-1960-е годы, мы видим, что они стали значительно ниже. Если, например, в 1952-1956 годы яловость маток составляла всего около 3%, а деловой выход телят на 100 январских оленей колебался от 73 до 87, то в 1981-1985 годы яловость повысилась до 31,8%, а выход телят снизился до 43,3. Совхоз постоянно прилагал значительные усилия к развитию своего оленеводства. Четыре раза он покупал оленей на левобережье Енисея в ненецком совхозе "Тухард", каждый раз примерно по тысяче голов. Стали повышаться и технико-экономические показатели. Однако беда в том, что, кроме внутренних хозяйственных и отраслевых проблем, оленеводству хантайских эвенков угрожает и внешняя опасность со стороны Норильского комбината.
    Основные места выпаса оленей в начале 1990-х годов находились к юго-западу от Хантайского озера. При этом стада частично захватывают территории Туруханского и Игарского районов. До этого, в начале 1980-х гг., стада держали в другом месте - к востоку и юго-востоку от озера, что отмечено и в проекте землеустройства совхоза 1983 года. Еще раньше, в начале 1970-х гг., оленей пасли в основном к северу от Хантайского озера. В 1960 г. крупные колхозные стада находились в трех местах: на юге - в окрестностях оз. Хаканча, на южном берегу Хантайского озера напротив полуострова Амбар, и на севере - в районе оз. Кета [40]. Таким образом, через каждые 10-15 лет происходила смена районов выпаса, которая обеспечивала возобновление кормовой базы. Теперь продолжение этого многолетнего пастбищеоборота сделалось уже невозможным, так как все северные пастбища и район вокруг озера Хантайское непригодны для выпаса из-за повышенной концентрации тяжелых металлов. Получаемое здесь мясо опасно употреблять в пищу, его можно использовать только на звероферме. В условиях рынка это сразу же подорвет экономику отрасли. Кроме того, и запасы лишайниковых кормов, из-за выпадения тяжелых металлов и окислов серы, уже не восстанавливаются. Таким образом, оленеводство хантайских эвенков через несколько лет окажется в критическом состоянии. Не исключено, что его постигнет та же судьба, что и нганасанское оленеводство.